Разговор двух комаров:
– Прикинь, оказывается, огромная гора, которую мы протыкаем и питаемся …
– А, это которая днём двигается, а ночью лежит неподвижно?
– Ну, да. В общем, один комар выдвинул гипотезу, что она живая, и от протыкания ей становится больно.
– Да ладно, не может быть!

Французский историк Буланже несколько лет назад придумал теорию, согласно которой все гении средневековой Франции – художники, учёные, полководцы – родились на следующий год после того, как в стране собрали хороший урожай (и, соответственно, беременные и кормящие матери получали достаточно питательных веществ, чтобы развился полноценный ребёнок).

При сборе доказательств для подтверждения своей теории Буланже, однако, столкнулся с непредвиденными сложностями – единого учёта урожая во Франции в Средние века не существовало, учётные книги герцогств и графств большей частью не сохранились, а записи в исторических хрониках были неопределёнными («в Аквитании собрали столько яблок, сколько не видывали со времён всемирного потопа», но в том же году «в Бургундии всё поели медведка и хомяк»).

Тогда Буланже придумал объехать архивы в четырёх частях Франции и поискать меню и хозяйственные книги старых постоялых дворов и гостиниц. Ему сопутствовала удача: удалось найти такое количество сохранившихся старых записей, чтобы проследить историю французских обедов каждый год на протяжении многих веков. Но как же понять по старым меню величину урожая или неурожая? Ведь во многих постоялых дворах и трактирах была своя кухня и многие блюда не подавались к столу не вследствие неурожая, а из-за прихоти повара.

Героем исследования стала виноградная улитка. Столетиями она шла в пищу и беднякам и людям побогаче, если в стране случался недостаток хлеба, овощей и мяса. Опираясь на появление в меню блюд из виноградной улитки, Буланже вывел, что в интересующие его годы во Франции случались неурожаи, а по цене на улиток определял их масштабы. Эти расчёты впоследствии были подтверждены другими косвенными доказательствами и позволили историку доказать верность своей теории.

Тюркское слово о полку Игореве

Не было у славистов занятия любимее, чем расшифровывать наше всё - главный памятник русской письменности «Слово о полку Игореве».

Дело не только в том, что «Слово» было написано очень давно и язык с тех пор поменялся до неузнаваемости. Дело в том, что: а) оно было написано вообще без пробелов между словами, как тогда было принято; б) оригинал до нас не дошел, а дошел только «испорченный телефон», потому что самая древняя запись памятника, имеющаяся у нас на руках, - это копия XVIII века с копии XVI века. И оба копииста наляпали в своих списках такое количество ошибок, что теперь «Слово» содержит больше темных мест, чем самый заумный каббалистический трактат.

И вот свои вариации расшифровок этих мест ежегодно предлагали знаменитые филологи, литературоведы, историки и писатели. Переводов «Слова» насчитывается буквально сотни.

А потом произошло пришествие Олжаса Сулейменова. Этот казахский Чингисхан от филологии устроил славистам такой разгром под Калкой, что они не могут отойти от потрясения до сих пор.

В своей книге «Аз и Я» Сулейменов разобрал большинство темных мест «Слова» - легко, непринужденно и до отвращения убедительно. Будучи тюркологом, специалистом по тюркским языкам, он без каких-либо проблем понял «Слово» лучше любого слависта-русиста. Потому что, оказывается, это произведение написано на страшном русско-славянско-половецко-кипчакском жаргоне, то есть кишмя кишит тюркизмами, которые автор вставлял в текст с той же непринужденностью, с которой сегодняшний менеджер говорит об офшорах, стартапах и прочих краудсорсингах.

Выяснилась масса любопытных вещей.
«Куры города Тьмутаракани», до которых «доскакаше» один из героев, наконец перестали кудахтать. Эти птички, так смущавшие веками переводчиков, оказались обычными стенами: «кура» - у тюрков «стена».
«Дебри Кисани» из темных лесов, окружавших великий русский град Кисань, неизвестно, правда, где находившийся и куда потом девшийся, превратились в «дебир кисан» - «железные оковы».
«Тощие тулы», хоронившие князя, обратились из совсем уж фантасмагоричных «прохудившихся колчанов» в худых вдов, обряжавших князя в последний путь. Ибо у тюрков «тула» — это «вдова».
«Птица горазда», над которой тоже сломали голову многие переводчики, переводя ее как «очень быструю птицу», стала «горазом», то есть по-тюркски - петухом.
И так далее, и тому подобное.

Смысл всего произведения в результате этих многочисленных изменений оказался кардинально новым, текст - почти неузнаваемым.

Сказать, что слависты обиделись, - ничего не сказать. Книгу Сулейменова встретили гробовым молчанием. Ее существование просто проигнорировалось. Но с тех пор ни одного нового перевода «Слова», ни одной серьезной работы о нем больше не выходило. Потому что писать о нем, не принимая во внимание правок Сулейменова, теперь невозможно. А признать их нестерпимо обидно.

Известный Случай

– Что вас беспокоит? – едва оторвавшись от бумаг, спросил меня врач.
– Чувствую себя хорошо, но для профилактики решил показаться … На всякий случай.

Врач, что-то удивленно бормоча, послушал меня, заглянул в рот, измерил давление, сунул градусник и стукнул молоточком по коленке.

– Вы абсолютно здоровы, – грустно сообщил он. – А вот нервишки … Принимайте по утрам холодный душ – это помогает …

Я стал принимать по утрам холодный душ. Через неделю снова вошёл в знакомый кабинет.

– Доктор, спасибо за отличный совет, – поблагодарил я. – Чувствую себя прекрасно. Вот только насморк одолел …
– Ну, это известный медицине случай, – успокоил он. – Я выпишу вам насморкозол. Всё как рукой снимет …

Через неделю я вновь предстал перед знакомым врачом.

– Доктор, спасибо за чудодейственное лекарство. Насморка как не бывало … Только почему-то изжога и тошнота привязались…
– Такие явления в моей практике известны, – пояснил врач и сделал мне укол антитошнотина.

Неприятные симптомы тут же исчезли, но почему-то пропал голос.

– Это бывает – уколы сушат горло, – сообщил доктор. – Я вам выпишу ингалятор. После него не то, что говорить – петь станете не хуже Лепса …

Неделю ингалятором орошал горло. Голос появился, но не как у Лепса, а как у Бузовой. К тому же появилась сыпь.

– Медицине известна такая реакция организма на ингаляцию, – глубокомысленно произнёс доктор. – На этот случай имеется отличная мазь – сыпагон …

Через неделю я опять сидел перед последователем Гиппократа.

– Доктор, не знаю, как вас и благодарить. Мазь помогла. Сыпи как не бывало. Только вот третий день голова трещит …
– О, это известный случай. Вам поможет замечательный импортный порошок, – и доктор вручил мне рецепт с каракулями.

После порошка заколотило сердце, поднялось давление, заныла печень и замучила диарея.

– А что вы хотите, – улыбнулся доктор. – Это – побочные явления… Придётся заняться вашим случаем, так сказать, поплотнее …

Он назначил мне капельницу, велел медсестре сделать укол, промыть желудок и поставить клизму. А заодно послал на УЗИ и анализы. В ожидании последних меня охватила тревога, похолодели руки и задрожали ноги. И хотя ничего страшного анализы не показали, я впал в какую-то непроходящую тревогу и вновь пошёл к доктору.

– Да вам, батенька нервишки надо подлечить, – вынес эскулап свой приговор. – Экая вы впечатлительная натура …
– А что мне надо делать? – произнёс я трясущимися губами.
– Как что? Принимать холодный душ …
Автор

– Всё что нас не убивает, делает нас сильнее.
– Особенно сильными нас делают бабочки капустницы, макраме и тамбовская городская детская библиотека.

Уникальная методика «И чё?»

позволяющая самостоятельно избавиться от самых неразрешимых проблем, проста и удобна в применении, не требует профессиональной подготовки

Итак, у вас есть проблема? Для её устранения просто следуйте алгоритму:

Социофобам на заметку

На днях родительский чат нашего бывшего 11 класса, молчавший целых четыре года, внезапно ожил. «А ведь у наших детей не было выпускного!» – воскликнула одна памятливая мать, споткнувшись о стопку пыльных выпускных альбомов.

А выпускного у детей и правда не было – ковидный год, кто-то заболел, без заболевших решили не собираться, перенесли, дальше поступление, считаем баллы, без сознания, без сознания, двое уже женаты, у одного ребенок, кто-то давно работает, кто-то в магистратуре.

И внезапно – чат дзынь!

Вспомнив всё, мы захотели праздника. Где это видано, чтобы школа не заканчивалась выпускным – хотя бы и в октябре, хотя бы и другого года.

Немедленно согласовали место, дату и время.

И тут одна мудрая мать осторожно спросила: «А, может, без детей?»

И все сказали, что это гениально. И срочно предупредили детей, чтобы они случайно не пришли. И отличный выпускной получился. Выше всяких похвал, пять звезд, всем рекомендую.

Байки оценщика

Рассказал коллега, с которым эта история и случилась лет десять назад

Выезжаю на осмотр машины-перевертыша. По условиям договора страховки, для признания машины не подлежащей восстановлению, нужно, чтобы ущерб составил не менее 70 процентов от стоимости. На месте прикидываю стоимость ремонта - получается в районе 60-65% от стоимости ТС. Говорю об этом хозяину ТС, который, прикинув что-то в уме, говорит: если ущерб машине будет больше, мне положена полная сумма страховки, а не 60%, ведь так? Ну, да. А если я попрошу отвернуться тебя на минуту? Ну, пожалуйста. Отхожу от машины в сторону, в это время хозяин откуда-то из сарая достает огромную железную хрень (не то топор, не то кувалду), и начинает работать над увеличением суммы страховой выплаты. Так как нравы в страховых компаниях в то время были еще простые, а я - независимый оценщик, предпочитаю не вмешиваться в происходящее. Ощутив удовлетворение от работы и, по виду, устав, хозяин обратился ко мне со словами - ну, как? Я успокоил его, сказав, что в таком виде машина явно не стоит даже 20% от первоначальной стоимости, составил акт осмотра и уехал в офис. Результатом поездки стал отказ страховой в возмещении ущерба в связи с тем, что действие договора КАСКО закончилось за день до ДТП, а оплаты нового договора не было. С тем пострадавшим я предпочел больше не видеться.

Что тебе вкусного привезти?

А у тебя много денег?

Нет :(

Копи сука!

Ой, Т9. Купи сока!